Смоленская семья получит компенсацию за получение тяжкого вреда месячному ребёнку

Фото: pixabay.com

Смолянин обратился в суд с иском о взыскании с врача в возмещение материального ущерба 43921 рублей 50 копеек, в счет компенсации морального вреда 750000 рублей.

12 октября 2018 года рентгенолог совершила преступление, предусмотренное частью 2 статьи 118 УК РФ. В результате ее неосторожных преступных действий как заведующей рентгенологическим кабинетом, врачом-рентгенологом у его сына мужчины 02.09.2018 г.р., развилось опасное для жизни ребенка состояние – острая дыхательная недостаточность. По причине ненадлежащего исполнения врача своих профессиональных обязанностей при назначении и проведении исследования брюшной полости с введением контрастной жидкости причинен тяжкий вред здоровью ребенка.

Он, истец, понёс расходы по восстановлению здоровья своего ребёнка, включая расходы на приобретение лекарственных препаратов, проездного билета до Москвы, оплату проживания в, проезд на такси.

Кроме того он испытал нравственные и душевные переживания, чувство тревоги от сложившейся тяжёлой ситуации на ранней стадии жизни своего ребенка. Жизнь ребенку удалось сохранить лишь благодаря срочной госпитализации ребенка вМоскве.

В суд с исковым заявлением также обратилась смолянка, которая, ссылаясь на те же фактические обстоятельства дела и на то, что несовершеннолетний является ее сыном, заявила требование о взыскании с врача в счет компенсации морального вреда 750000 рублей.

Судом исковые заявления были объединены в одно производство и к участию в деле в качестве ответчика было привлечено, кроме того, лечебное учреждение, в котором работала врач.

Ответчик врача и представитель ответчика, лечебного учреждения, в судебном заседании заявили о признании иска. о взыскании в возмещение материального ущерба 43921 рублей 50 копеек в полном объёме. С требованием семьи о возмещении морального вреда они согласились частично, не согласились с размером компенсации, заявленным истцами.

Суд взыскал с лечебного учреждения в пользу семьи 43921 рублей 50 копеек в возмещение материального ущерба, а также в пользу каждого истца по 150000 рублей в счёт компенсации морального вреда, и отказал в удовлетворении иска к врачу о возмещении материального и морального вреда.

Судом было установлено, что 10 октября 2018 года в приёмное отделение лечебного учреждения поступил ребёнок, родившийся 2 сентября 2018 года. При поступлении ему был выставлен диагноз «синдром срыгивания» и, предположительно «пилоростеноз». Для уточнения диагноза был назначен комплекс процедур обследования, включая рентгенологическое исследование органов брюшной полости с введением контрастной жидкости (бариевой взвеси).

12 октября 2018 года в период времени с 9:43 до 9;45 врач-рентгенолог, заведующая рентгенологическим отделением лечебного учреждения стала проводить ребёнку исследование путём введения пациенту назогастрального зонда (зонда, вводимого через носовой ход) в желудочно-кишечный тракт.

При проведении этого исследования врачпо небрежности не удостоверилась в том, что конец назогастрального зонда попал не в желудочно-кишечный такт пациента, а в его легкие. Попадание бариевой взвеси в легкие обусловило развитие у малолетнего пациента острой дыхательной недостаточности, т.е. опасного для жизни состояния, ребенку был причинен тяжкий вред здоровью.

Данные обстоятельства установлены вступившими в законную силу приговором мирового судьи судебного участка …, приговором Заднепровского районного суда г. Смоленска от …, в соответствии с которыми К. признана виновной в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 118 УК РФ (причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности, совершенное вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей).

Истцы утверждают, что пациент которому при вышеизложенных обстоятельствах по вине ответчика был причинен тяжкий вред здоровью, является их сыном.

Ответчики (представители ответчиков) признали данный факт, как согласились они и с тем, что в результате преступных действий ответчика К. моральный вред причинен лично родителям лечебного учреждения.

На основании указанных выводов, суд признал требование Пастуховых о присуждении им компенсации морального вреда следует законным и обоснованным.
В соответствии с частью второй статьи 151, пунктом 2 статьи 1101 ГК РФ при определении размера денежной компенсации причиненного истцам по вине ответчика морального вреда суд принял во внимание степень вины ответчика (тяжкий вред ответчиком причинен по неосторожности), характер причиненных телесных повреждений (в данном случае – тяжкий вред здоровью), степень нравственных страданий истцов, а также конкретные обстоятельства дела.

Суд согласился с доводами истцов о том, что они испытали нравственные, душевные страдания, чувство тревоги в связи со сложившейся тяжелой ситуцией на ранней стадии жизни их ребенка, которая могла привести к его преждевременной смерти.
Здоровье ребенка было восстановлено благодаря медицинскому вмешательству врачей других медицинских учреждений г. Смоленска и г. Москвы, куда больного неотложно госпитализировали, сообщили в пресс-службе Заднепровском районного суда.

При этом суд учел, что отсутствуют доказательства наличия отрицательных последствий случившегося в состоянии ребенка истцов в настоящее время.

С учетом изложенного суд посчитал, что требованиям разумности и справедливости будет отвечать сумма в 150000 руб. (каждому из истцов)