Горящий рейд корреспондента SmolDaily.ru

Дрейфующие на льдине рыбаки, бьющееся сердце в руках, горящая с животными ферма, три трупа в заброшенном доме, неудачные шашлыки в кафе на Колхозке и огромные площади горящей травы по Смоленщине, а также байки пожарных – всё это в репортаже с дежурства в МЧС.

К 25-летию МЧС России на сайте SmolDaily.ru стартовал цикл материалов о буднях пожарных, о героях сегодняшнего дня, о маленьких спасателях и воспоминаниях ветеранов. Сегодня мы публикуем репортаж простой дежурной смены службы пожаротушения и проведения аварийно-спасательных работ.

«Три в расчете, три в резерве… Это плюс резерв. Ацэшка на город…». Знакомлюсь пока с новым лексиконом, а заодно и узнаю у начальника дежурной смены службы пожаротушения и проведения аварийно-спасательных работ Александра Мельниченко, чем же занимается служба.

Итак, крупные пожары, ДТП, аварии, пожары с гибелью людей — на это всё выезжают дежурные службы пожаротушения. В оперативном подчинении службы находятся ведомственные, частные и областные пожарные части.

Тут же вызов – на Шейновке горит дача. Летим. Своими глазами увидела, что автолюбители не желают уступать дорогу спецслужбам, но, конечно же, есть и которые уступают.

Горящая из-за пала травы дача

— Ближайший гидрант — Шейна дом 33, — сообщает девушка по рации.

«Около 16 часов произошло возгорание дачи на улице 1 мая. На месте работают два пожарных расчета. Предварительной версией возгорания является несанкционированный пал травы», тут же публикую новость на сайт. К счастью, дача была заброшенной, обошлось без пострадавших. Пожарные потушили небольшое строение довольно быстро и с горечью посмотрели на пригорок неподалёку – там, среди горящей травы были видны люди, которые отбивали огонь, которой стеной шёл на их дома.

— И так везде! Горит вся Смоленская область! А трава сама не загорается ведь, везде поджигателями являются люди, — сокрушаются пожарные.

 

 

 

По дороге заезжаем в специализированную часть N2 на улице Шевченко. Короткая проверка готовности части и тут же вызов: горит трава в Соловьиной роще. По дороге спрашиваю, почему спецчасть едет на траву. Иван поясняет, что в пожароопасный период задействованы все.

— Сегодня машина с мусором загорелась. Водитель выгрузил на дорогу и вызвал нас. Говорит, что не знает, почему загорелся. А сколько горящих мусоровозов летом приезжало в пятую часть прям с мусором: «Заливайте!», — рассказывает Александр.

С водой хоть приехали?

Подъезжаем к Соловьиной роще и первое, что сразу же неприятно резануло – это слова двух местных женщин: «С водой хоть приехали?».

На ходу услышала, что будут тушить подручными средствами. Я уже представила смешную картинку – пожарных с лопатами, но этими средствами оказались ранцевые огнетушители. Александр пояснил, что они используются при тушении возгораний небольшого масштаба, когда трата времени на разворачивание всех рукавов нецелесообразна.

К слову, о пожарных байках. Одну из них рассказал начальник дежурной смены службы пожаротушения и проведения аварийно-спасательных работ Андрей Новожилов.

— После прошлых дежурных суток, где спалил форменную одежду, получил новую. По всем приметам: одел новую боёвку, случится что-то такое, что её «убьёшь». Сегодня получил новую…

Заранее забегая вперёд — в первую смену ничего не случилось. Но вот в другую…
Трагедия в заброшенном доме

«Открытым огнём горит заброшенный дом на 2-ом Трамвайном переулке», — сообщение, казалось бы, вполне спокойное, но в доме оказались люди.

Еду на место. Пока пожарные проливают и разбирают конструкции, беседую с соседями.

— Бомжи там жили… Олег — высокий такой здоровый красивый парень, но бомж. Он со Светой жил здесь. Потом они переехали в двухэтажный заброшенный барак через дорогу, а сюда приходили периодически. Их сегодня здесь шестеро было. Шумели, под утро спать не давали. А потом раз, и дом загорелся. Трое успели выскочить, а трое там остались, — рассказывает женщина, живущая в соседнем доме.

Когда зашла фотографировать трупы, не сразу даже определила где они. Пожарные показали. Нахлынуло огромное чувство подавленности и чувство, что всё ли было сделано для спасения. Андрей Новожилов пояснил, что слишком поздно была сделана заявка. До приезда пожарных уже произошло обрушение крыши.
Тихая и сладкая газовая смерть

Удивление вызвало спокойное положение тел погибших, скорее всего, спящих во время пожара.

— Боли они не чувствовали. Люди, как правило, сгорают не от прямого воздействия огня. Сначала задыхаются от угарного дыма, а потом уже сгорают, — пояснил Андрей Новожилов. – Газ вообще во сне не чувствуешь. Человек просыпается уже от агонии, когда он уже умирает.

Андрей рассказал и свою печальную историю, когда чуть не погиб у себя же дома от угарного газа.

— Мне неделю назад подарили дымовой датчик. Я его установил дома. Пришёл с суток и лёг спать, а жена поставила еду в духовку и пошла мыться. Проснулся от звука датчика, быстро лёг на пол. Если бы этого датчика не было… После этого дымовые датчики у меня стоят дома везде. Они стоят копейки! 300-400 рублей они стоят. Батареек хватает на 4-5 лет. Но от дыма никто по-другому не проснётся. Это медленная и тихая смерть.

Дрейфующие рыбаки на льдине

Пока мы болтаем о тихой смерти, поступает сообщение о дрейфующих рыбаках на льдине. Да-да – у нас на Смоленщине. Происшествие случилось в Яузском водохранилище в Гагаринском районе. Откололся огромный кусок льда, на котором находились 30 рыбаков. К счастью, дрейфующая льдина сомкнулась с основным ледовым покровом и 20 рыбаков пешим порядком сошли на берег, к этому моменту частным катером на воздушной подушке было эвакуировано 10 человек. Пострадавших нет. Тут же думаешь, сколько предупреждений об опасности выхода на лёд пишет МЧС ежедневно и всё впустую. Ну не ценят люди своей жизни.
Пожар на частной ферме унёс жизни 40 животных

В МЧС поступило сообщение о возгорании на частной ферме в деревне Суетово Ярцевского района. На месте происшествия работали три пожарных расчета Ярцевского гарнизона. К сожалению, в результате возгорания ферма сгорела вместе с 40 свиньями.

Про себя подумала, насколько тяжело фермеру в данный момент и как хорошо, что меня не было на этом пожаре. Крик умирающих животных, одно из самых страшных звуков.
Какие могут быть названия у кафе на Колхозке!

В это время я подумала, что, пожалуй, на моё дежурство достаточно происшествий, но поступило сообщение о пожаре на улице Беляева в доме 3. Загорелась пристройка двухэтажного здания, в котором находилось кафе. Летим на пожар и слышим по рации, что по предварительной информации внутри кафе находятся газовые баллоны. На месте работают уже две автоцистерны и автолестница. Вокруг стоят люди, в основном кавказской национальности. От мысли, что там газовые баллоны, становится не по себе. Причём страшно не за себя, я отойду. А пожарные — нет. Но вглядываясь в глаза огнеборцев, не вижу ни капли сомнения или страха. Слышу только короткое от Новожилова: «Близко не подходи, там баллоны с газом».

Спрашиваю у зевак, как называлось кафе.

 «Какие могут быть названия у кафе на Колхозке! Шашлычня там была», — ответили стоящие рядом зеваки.

Очаг возгорания, действительно находился у мангала. Из-за банального несоблюдение правил пожарной безопасности люди лишились кафе. Хорошо ещё, что обошлось без пострадавших и без жертв.

Во время пожаров поймала себя на мысли, что внутри всё трясётся от зашкаливающего адреналина. Вспомнила о том, что где-то слышала, что пожарные испытывают предынфарктное состояние во время тушения.

— Не даром у нас первая группа здоровья. На своей шкуре не раз убеждался, что было бы слабее здоровье… Зачастую работаем на уровне потери сознания. Первый раз я это испытал без аппарата, когда обрушился консервный завод в Гнёздово. Была ситуация, когда три человека оставались под завалами из месива стекла и томатного горячего сока. Получилось так, что мы образовали своими телами стену и разгребали руками это месиво за свои спины. Применить какие-то средства было нельзя – ты не знаешь, где находятся люди. Получается, что сколько ты нагрёб этой жижи за себя, столько и держишь. Сменить тебя – это значит, отпустить всё, что ты успел выгрести. Чувствуешь, что уже сил нет… всё… сейчас потеряю сознание от гипоксии… Ты уже видишь пальцы рук людей, ты не можешь смениться и на пределе гребёшь дальше. Мы тогда вытащили людей, вышли и все упали. Кто потерял сознание, кто просто лежал, но это был предел физических возможностей. А когда у тебя за спиной 15 кг и ты дышишь через аппарат, то нагрузка увеличивается в разы. Особенно это касается тех ситуаций, когда при пожаре нашли человека и его срочно нужно тащить. У тебя нет времени отдышаться, смениться и так далее. Есть только считанные секунды, чтобы вытащить человека. Чтобы было понятнее… баллон рассчитан на 60 минут работы. Но всё зависит от интенсивности твоего дыхания. Были случаи, когда лично у меня хватало баллона на 10 минут. Когда тащишь человека, у тебя такая нагрузка, что за 10 минут у тебя улетает запас воздуха в шестикратном размере. Ты уже не дышишь, ты хрипишь. Ну а что делать? Есть граница, до которой тебе нужно доползти. На выходе тебя там уже подхватят. А вот из того места, где ты нашёл человека, вытаскивать только тебе. Поэтому, что касается предынфарктных ситуаций, то да, пожарный работает на пределе своих физических возможностей. Что касается давления, то, например, на Восточной я не мог определить, есть ли пульс у человека по той причине, что из-за перенагрузки у тебя сердце в пальцах бьётся. То есть настолько свой зашкаливающий пульс, что твоя рука вся пульсирует и тяжело услышать чужой пульс. Ощущение, что в руках бьётся твоё сердце.

А сколько Вы спасли человек?

— Не считаю… Много десятков.

От переизбытка информации долго не могла уснуть. Всё думала о погибших людях, угарном газе, о датчиках и бешеной нагрузке пожарных, которые ежедневно и незаметно для всех, на пределе физических возможностей, совершают подвиги.

Читать также:

Восьмиклассник Починковской школы, спасший из воды двух человек, удостоен медали МЧС
В Смоленской области пять пятиклассников стали героями
Андрей Новожилов: Огонь нужно понять и поймать
Горящий рейд корреспондента SmolDaily.ru

Текст и фото: Елена Костюченкова